Элемент, переживающий вторую молодость

90. Торий — Thorium (Th)

Академик А. Е. Ферсман в книге «Занимательная геохимия» приводит шуточный рассказ о том, как старые железнодорожники, придумывая названия станций построенной железной дороги, назвали одну из них Африкандой только потому, что в день их приезда на этой станции стояла невыносимая, «как в Африке», жара.

Нечто подобное произошло и с элементом торием. Элемент «окрестил» Берцелиус по названию минерала торита, из которого была выделена «ториевая земля». Минерал торит, в свою очередь, получил название от имени древнегерманского бога грома и войны Тора. Конечно, Берцелиус не предполагал каких-то таинственных свойств у этого элемента, не связывал его особенностей с громом и военными событиями. Название дано было гораздо произвольнее, чем случай с Африкандой, и, очевидно, приближалось к поступку тех родителей, которые, обрадовавшись появлению на свет дочери, называют ее Артиллерией.

Совершенно очевидно, что разработка терминологии для вновь открываемых минералов играет не последнюю роль. Об этом убедительно писал академик А. Е. Ферсман, но, к сожалению, вопрос с наименованиями новых минералов и элементов пока остается не разрешенным, и по-прежнему автор-открыватель дает названия по своему желанию.

Открытый в 1828 г. в «ториевой земле», торий через несколько лет был выделен в свободном виде. Однако этот элемент добывался столь сложными путями, что еще в конце XIX в. килограмм соли этого элемента стоил более тысячи рублей.

Проходило одно десятилетие за другим, но торий продолжал оставаться известным только химикам, да и то не всем. Поворот в истории элемента тория связан с открытием ценного свойства двуокиси тория. При нагревании это вещество испускает яркий и приятный для глаз белый свет. Во второй половине прошлого века получили распространение так называемые газокалильные лампы — источники освещения для помещений и улиц. Важнейшей частью этих ламп являлись газокалильные сетки — сетчатые колпачки из 99 % двуокиси церия. Эти лампы на несколько десятилетий отсрочили начавшее уже гибнуть из-за непосильной конкуренции с электрическим освещением производство светильного газа. В пламени светильного газа колпак из смеси двуокисей тория и церия испускает яркий свет, так как теплота сгорания газа превращается большей частью в световую энергию. Это было очень выгодно. Изобретатель газокалильных сеток нажил изрядное состояние. Однако, как ни ярко светились ториевые колпачки, на смену им пришел «русский свет» — электрические лампочки русского изобретателя Лодыгина, и ториевые колпачки газокалильных фонарей потеряли свое значение. Вместе с этим резко сократилось применение и производство ториевых соединений. История элемента, казалось, уже заканчивалась. И не более как двадцать лет назад в справочниках о тории писали кратко: «Почти никакого технического применения не имеет». Это соответствовало действительности — торий почти не применяли. Он использовался главным образом как добавка в сердечники углей для дуговых ламп прожекторов.

«Переоценка ценности» тория, однако, началась значительно раньше, почти тогда же, когда Мария Склодовская и независимо от нее Шмитд установили, что торий является радиоактивным элементом, хотя и с менее выраженной активностью, чем у радия. Оказалось, что атомы тория претерпевают ряд последовательных разрушений, превращаясь в конечном итоге в устойчивый свинец с атомным весом 208. Неустойчивость ядра атома тория нашла практическое применение в настоящее время как источник внутриатомной энергии.

Преимущество тория как ядерного «горючего» перед ураном состоит в том, что лишь при 1400–1500 °C кристаллическая решетка тория начинает претерпевать фазовые превращения. Это позволяет реактору на ториевом горючем работать при более высоких температурах.

Тория в природе значительно больше урана. Соединения тория содержатся в монацитовом песке. Тория в земной коре не так уж мало (6 · 10–5%). В ничтожных количествах он встречается даже в гранитах.

Торий по внешнему виду и температуре плавления напоминает платину, по удельному весу и твердости — свинец. В химическом отношении у тория много сходства с церием, а по структуре электронной оболочки атома — это равноправный член семейства актинидов.

Перспективы применения тория весьма широки: атомные двигатели и, как знать, может даже атомные станции для подогрева воды в северных реках получат для своей работы торий в качестве энергетического сырья.