Глава 16

Глава 16

Они шли по лесу, и Миртиль рассказывала Тристаму обо всем, что с ней приключилось: о встрече с тираном, о тропическом циклоне и о том, какой выбор предложил ей этот человек, не скрывавший своего безумия.

— Ты выбрала смерть? — спросил потрясенный Тристам.

— Да. И тогда со мной случилось что-то странное: я будто увидела себя со стороны. Только я была прозрачная…

Тристам подумал, скольких вещей он еще не понимает… Вот если бы здесь был Том! Том смог бы объяснить ему что угодно, все на свете… Если, конечно, у таких загадок вообще есть разгадка…

Они шли вверх по склону холма и были уже недалеко от вершины.

— Знаешь, — сказала Миртиль, — я говорила с твоей мамой. Вечером перед нападением тирана, когда привела тебя домой.

— Я мало что помню, — ответил Тристам. — По-моему, я спал.

— А что она делала раньше, когда жила в Срединном королевстве? До появления в Миртильвиле?

— Она никогда не рассказывала. Глупо, да? А ты ее спрашивала?

— Нет. Но по-моему, она жила в замке.

— В замке?! Что ты, не может быть!

— Я уверена.

Они дошли до вершины, и открывшаяся оттуда картина полного разорения ужаснула их.

Леса не было. Многие деревья были повалены и лежали на земле с вывороченными корнями. Другие стояли голые: серые больные стволы, торчащие, как сваи. Но под ними уже были видны растения с крупными причудливыми листьями.

— Что это… Что произошло? — задохнулся Тристам. — Кто это сделал?

— Мы, — послышался у них за спиной хмурый голос лейтенанта — Мы, люди.

Миртиль и Тристам оглянулись. Вакинг стоял неподалеку, прислонившись к дереву и как будто их поджидая.

— Вы шли за нами? — спросила Миртиль.

— Не думаете же вы, что я вас отпущу одних? После того, как мои парни рисковали жизнью…

— Что тут произошло? — не отставал Тристам. — Почему загубили лес?

— Почему? — повторил лейтенант. — Мир сошел с ума, вот почему!

— Люди сожгли почти всю древесину на планете, — Миртиль хорошо помнила уроки Лазурро. — И нефть они потребляли в таких количествах, что углекислого газа в атмосфере стало очень много. Равновесие в природе нарушилось. И все стихии разбушевались. Все, что прежде представляло не очень большую опасность, стало грозить катастрофами.

— Что именно? — спросил Тристам.

— Дожди, наводнения, бури, засухи… Эпидемии. Поднялся уровень океана, и вода затопила прибрежные зоны. На сушу набегали гигантские волны. Люди начали отселяться вглубь материков. Но постепенно почти вся поверхность Земли стала непригодной для жизни.

— Да, за исключением нескольких мест. Скажем, этого леса… точнее, его остатков, — подхватил лейтенант.

— Но вот с этим-то лесом что случилось?

— Когда климат стал слишком жарким и влажным, здешний лес погиб.

— Выходит, люди погубили всю Землю?

— Не всю и не окончательно, — ответил Вакинг. — Земля намного сильнее, чем кажется. Она не нуждается в нас. Видишь: между рухнувшими стволами уже появились молодые растения. Они приспособились к новым условиям.

— Но почему люди допустили такое?

— Они не знали, что их ждет, — ответила Миртиль.

— Нет, — Вакинг стиснул зубы, — знали. Но не хотели об этом думать.

Миртиль внимательно посмотрела на лейтенанта: он говорил то же, что тиран.

— Тиран употребил все свои силы, чтобы ускорить изменение климата, чтобы поддерживать разгул стихий, — продолжал Вакинг. — Король Севера это обнаружил. И решил, что убедит людей изменить привычный образ жизни. Если бы ему это удалось, тиран потерял бы и власть, и деньги. Потому-то негодяй и уничтожил его.

— И что теперь? — растерянно спросил Тристам.

— Нужно остановить тирана, — отчеканил лейтенант. — И теперь я знаю, как это сделать.

Миртиль увидела, что в глазах бывшего начальника полиции вспыхнул огонек — Тристам уже видел такой огонек в глазах Вакинга, это было перед вылетом в Синти Таун.

— Тристам, — продолжал Вакинг, — слушай внимательно. Умение предвидеть изменения погоды — редчайшая способность. Мы все наблюдаем за погодой, оцениваем состояние воздуха, направление ветра… Это умеет любой. А вот сделать долгосрочный прогноз, определять, как изменится климат, — совсем другое дело, исключительно трудное. Природного дарования тут мало, нужна полная сосредоточенность.

«Черт, черт», — подумал Тристам, которому редко удавалось сосредоточиться дольше, чем на минуту.

— Тебе придется потрудиться, — заключил Вакинг. — Нам понадобится твой талант, чтобы освободить королевство Северных Облаков.

Тристам обвел взглядом мертвый лес вокруг. Подумал о Томе, о своей матери. Потом повернулся к Миртиль. Ему показалось, что он слышит слова, которые та беззвучно произносит: «Я добьюсь этого, но без насилия, не принося страданий людям».

Облака над их головами рассеялись, показалось синее небо.

Тристам вспомнил, что в раннем детстве говорила ему мама:

— Земля — это наш дом, единственный в бескрайних просторах Вселенной. Земля защищает нас от космического холода, кормит и поит, дает нам воздух для дыхания. Запомни хорошенько, Тристам: у нас есть только этот дом. И мы его уже порядком разрушили.

Он сжал в руке мамин кулон, посмотрел на радужные переливы внутри кристалла. Потом поднес к губам и еле слышно прошептал:

— Я спасу наш дом, обещаю тебе.

Как будто отзываясь на его слова, кристалл засиял теплым и мягким светом.